ПОЗВОНИТЬ

+7 (499) 216-24-98

для звонков из Москвы

8 (800) 775-24-98
бесплатно по всей России

Напишите нам
Александра Ижицкая
Руководитель отдела коммуникаций
Digital Health в России
Статья:

ЧТО ПРОИСХОДИТ С ТЕЛЕМЕДИЦИНОЙ В РОССИИ

Главное событие 2018 года – вступление 1 января в силу Закона от 29 июля 2017 г. № 242-ФЗ. Он закрепил понятие «телемедицинские технологии» и установил, как оказывать медицинскую помощь с применением этих технологий. Однако данный закон лишь расставил акценты в том, что уже существовало в сфере здравоохранения к настоящему моменту. Благодаря легализации телемедицинских технологий в 2018 году определились основные игроки и сегменты этого рынка. Одними из первых digital health начали применять агрегаторы (маркетплейсы). Задача таких сервисов – предоставить клиникам свою платформу, позволяющую находить своего первичного пациента, вести дистанционное консультирование и улучшить свой сервис, упростив процесс записи пациенту на очный приём к нужному врачу. Таким образом агрегатор – это только технологическое решение. Лицензия на осуществление медицинской деятельности не требуется. Одновременно перспективы digital health оценили крупные сетевые клиники, федеральные центры, институты и даже региональные министерства здравоохранения. На рынке стали появляться различные программные приложения, помогающие хранить данные о пациенте и вести удаленный диалог с ним. В частности, важно было обеспечить сохранность конфиденциальности данных, передающихся в ходе консультации. В одном из регионов РФ в рамках телемедицинского взаимодействия врач-пациент реализовано диспансерное наблюдение больных сахарным диабетом, создано приложение. В Тульской области все учреждения здравоохранения оснащены стационарными телемедицинскими комплексами.

К основным направлениям телемедицины относятся:

— взаимодействия «врач-пациент» — это дистанционное консультирование пациентов;

— взаимодействия «врач-врач» — экстренные консультации врачей специалистами ведущих медучреждений страны.

Не отстают и сервисы, представляющие медицинские информационные услуги, перечень которых постоянно растёт. В целом итогом ушедшего года можно считать рост digital health по «всем фронтам». Это и рост рынка в целом, появление стартапов, рост конкуренции. Давно родившаяся телемедицина из детства, когда в публичном пространстве много и бурно обсуждался вопрос, касающийся того, как же должен работать новый закон, переходит в отрочество, демонстрируя попытки сегментации рынка, и находясь в поиске эффективных бизнес-моделей.

Как водится, проблем в отрасли значительно больше, чем факторов, располагающих к её развитию. В первую очередь это сочетание очень жёсткого регулирования со стороны Правительства РФ, Минздрава и отсутствие необходимых подзаконных правовых актов. Какие сложности, например, вызывает необходимость оформления медицинских документов, отражающих не только сам ход консультации, но и её итог. Многих волнует вопрос оформления добровольного информированного согласия пациента на медицинское вмешательство (получение дистанционной консультации). В этом плане закон не привнес ничего нового, так как была сохранена необходимость получения информированного добровольного согласия: согласно ст. 20 Федерального закона №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», обязательно наличие такого документа. Поэтому в случае обращения пациента за дистанционной консультацией (опрос и сбор анамнеза – это уже медицинское вмешательство) этот документ должен оформляться удаленно и подписываться усиленной электронной цифровой подписью. На практике электронная цифровая подпись пока не приобрела массового распространения в нашей стране, и оформление ИДС производится путем согласия пациента на сайте клиники.

«Как водится, проблем в отрасли значительно больше, чем факторов,

располагающих к её развитию.»

Кроме того, участники рынка в течение года ожидали появления четких правил к порядку ведения медицинских документов в электронном виде. Сейчас, как правило, клиники ведут запись пациентов в электронном виде, а затем, после окончания консультаций, врачи распечатывают документы и ставят подписи. Поэтому законопослушные клиники в обязательном порядке имеют бумажные медицинские карты. При этом все понимают, что это абсурдно, так как высокие затраты на хранение медицинской документации фактически приводят к нарушению данного требования. Ко всему прочему, мы имеем «мифическое» требование о передаче всех данных об оказании медицинских услуг в электронной форме в систему госуслуги. Это следует из условия, при котором клиника обязана зарегистрироваться в Федеральном реестре медицинских организаций Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения – ЕГИСЗ. При этом консультации могут проводить только работники, внесенные в Федеральный регистр медицинских работников. На практике же это пока не реализовано, реальный механизм этого участникам рынка не представлен.

Развитию digital health мешает плохая информированность россиян о том, что это такое, и неверные ожидания от внедрения таких технологий. В июне 2017 года Сервис круглосуточной дистанционной помощи ТелеМед и Аналитический центр НАФИ изучили отношение россиян к телемедицине. Согласно исследованию, получать телемедицинские услуги готовы до 61% россиян, при этом возможности телемедицины актуальны для тех, кто редко более. Вот пример низкой популярности телемедицинских технологий как среди пациентов, так и врачей. В результате внедрения телемедицины в той же Тульской области в учреждениях здравоохранения установлено 77 стационарных телемедицинских комплекса. За 2018 год было проведено 5924 клинические консультации. Несложный расчёт показывает, каждый из 77-ми комплексов использовался 1 раз в 5 дней. А специалистами ведущих медучреждений страны проконсультировано 146 пациентов или 0,009% всего населения Тульской области.

Все пребывают в ожидании того, что будет предложено законодателем и регуляторами в 2019 году, в ожидании появления новых требований. Хотелось бы отметить, что всеми участниками рынка принята следующая аксиома: телемедицина – это не отдельное направление медицины, а инструмент взаимодействия с пациентом, осуществляемый наряду с основными очными приемами. Но, с точки зрения оформления этого взаимодействия, передачи информации о проведенных консультациях, а также контроля за соблюдением требований, предъявляемых контролирующими органами, имеется ряд неразрешенных практических вопросов.

«Развитию digital health мешает плохая информированность россиян о том, что это такое, и неверные ожидания от внедрения таких технологий.»

Как уже было сказано, рынок ждёт сегментация. И неосвоенным сегментом является ниша ОМС. Закон не содержит ограничение на оплату медицинских услуг с применением телемедицинских технологий таким способом. В 2019 году этот вид услуг не будет включен в перечень медицинских услуг, гарантированных гражданам Российской Федерации и включенных в соответствующую территориальную программу. Предполагается, что государственные медицинские научно-практические центры будут в этом году вести активную подготовительную работу в плане разработки легко масштабируемых моделей внедрения digital health в различных отраслях медицины. Будет ли поддержка для бизнеса в этом сегменте? Скорее нет, тактика ограничения сохранится. Именно поэтому, в 2019 году вектор развития телемедицины ещё более сместится в сторону медицинских учреждений.

В этом году будет активно обсуждаться повестка дня, как нельзя точнее сформулированная к форуму, посвящённому телемедицине, который пройдёт в начале года: «Вопросы, связанные с внедрением телемедицинских услуг в существующую систему здравоохранения, лицензирование медицинского программного обеспечения, инновации в цифровом здравоохранении, маркетинг медицинских услуг, внедрение цифровых технологий в лабораторные комплексы, перспективы обучения специалистов телемедицине и многие другие».



Источник: http://dailymoneyexpert.ru/v-focuse/2019/02/25/telemedicina-v-rossii.html